Eilien Shadow
Засада, амиго: ты шёл на Сантьяго, а вышел к Филёвскому парку... (с)
Да, выкладка потихоньку начинается :)
Это - первый рассказ из цикла Альянса в семь историй. После них, возможно, будет что-то ещё. Пока не знаю )

Практика показала, что дайри не любит тексты на 25+ вордовских страниц, так что сначала будет первая часть, а спустя несколько дней - вторая.




Решение

Всё не так страшно, как кажется, сказал себе Крис, разглядывая тучное тело господина Мецера, выглядевшее крайне нелепо, почти забавно. Получилось то, что учительница рисования называла «композицией»: труп расположился ровно между такими же тучными и основательными предметами мебели – видавшим виды шкафом порыжевшего от времени дерева и громоздкой кроватью с металлической спинкой и дутой периной. Сцена казалась неестественной, ненастоящей. Никакого ощущения трагедии или смерти. Как будто торговец пряностями просто-напросто не дошёл до кровати, а решил заночевать прямо на полу. Если бы не бледная до синевы кожа да неестественно вывернутая рука …
Родители Криса, люди серьёзные и прагматичные, думали иначе.
– Какое горе, – прошептала мама, осенила себя Звездой и стиснула края передника так сильно, что пальцы побелели, – Всесоздатель милостивейший, какое горе! Гин, пожалуйста, Гин, вызови стражу. Мало ли что случиться могло, Гин, вдруг нападение или хуже, а мы беззащитны. Ах господин Мецер… Всесоздатель, какая беда…
– Я уже отправил своего подмастерья к Серым Крышам, – буркнул папа, страдальчески морщась и тщетно пытаясь скрыть брезгливость. Потянул Криса за руку. – Пойдём, нечего нам делать в этом месте.
– Гин, Гин, а дверь?
– Жена, дверь была наполовину открыта? Была. Значит, будет открыта, пока стража не придёт. Следователи – люди разумные, вдумчивые, вдруг углядят что важное в открытой двери.
– Гин, Гин…
– Молчи, жена, – проворчал муж рассерженно-смущённо: зрелище и ему было не по душе, но проявлять слабость при жене и сыне не хотелось. – Спустимся вниз, посидим в лавке. Или на кухне. Кристоф, ты тоже с нами. Не на что тебе тут смотреть. Противно же, да и страшно, должно быть. Ты ведь боишься?
Но Крис не боялся.

***
В кухне с низким потолком и наглухо зашторенными окнами было душно. Жара добавляла одинокая чадившая свеча. По недавно отполированной и заново покрытой лаком столешнице плясали блики от язычка пламени. Синхронно с ним колошились всполохи на рядах белоснежных тарелок и блюдечек, занимавших почти весь посудный шкаф. В полумраке белела печь, из противоположного угла на неё давил мрачный силуэт старого буфета – тёмно-шоколадного, но при столь хилом освещении казавшегося чёрным как уголь.
– Чего панику разводить? Может, он сам упал, – буркнул стражник, отирая платком одутловатое красное лицо, блестевшее от пота, и недовольно косясь на закрытые окна. – Плохо стало, вот и упал. Что ж вы, граждане, сразу, чуть что, паникуете?
– Он не запер за собой дверь, – пробормотал побледневший Гин, рассматривая пол; в полутьме из-за контраста белой кожи и чёрных волос Крису он казался похожим не то на призрака, не то на ожившего покойника. Из дворовых страшилок, разумеется – мальчик теперь знал, как выглядит настоящий мертвяк. – Жена запаниковала, вот и вызвал я вас…
– Гражданка Марчи Юанон, что же вы так? – проворчал стражник, возясь с тугой застёжкой серого мундира. Расстегнул, чуть ослабил воротник форменной рубашки, тоже серой, и занялся следующей пуговицей. – Нехорошо… Я ж вон как бежал, торопился, а вы тут на пустом месте панику развели…
– Да нет, Эрке, не «на пустом месте»! – донёсся сверху, со второго этажа, раскатистый голос его напарника. – Тут следы магии. Счётчик магмера за полтора ж ста зашкалил! Такое, знаешь ли, не всякий колдунчик учудить может! Сосед ваш ведь не маг, а?
– Нет у нас магов, – Гин, к которому стремительно возвращалась уверенность, потёр небритый подбородок, – на нашей улице магов не живёт ни одного. Сами ж видите, торговое место. Сосед вон пряности прода…вал, я – в основном крупы… Кстати, когда лавку-то открывать? Вы скоро всё осмотрите? До полудня час, торговый день!
– Нельзя пока, – буркнул Эрке, вытирая блестящую лысину мятым клетчатым платком. Расправил ткань, высморкался, вновь скомкал и убрал в карман. – Профиль не наш. Надо в Альянс запрос подавать.
– Как запрос? И долго ли нам ждать? – в голосе Гина прорезалось возмущение. – Если не откроюсь, люди поймут, что что-то случилось! Потом хлопот не оберёшься! Клиенты заходить перестанут!
– Ничего, пару часиков подождать можно! – гаркнул другой стражник, успевший спуститься на первый этаж. – Тут дело важное, о-су-дарственное! А вдруг преступник ещё кого убьёт? Вам что, деньги важнее совести? Приоритетнее безопасности сограждан?
– Рехт, не кипишуй, – Эрке поморщился. – Мы сейчас, едва к Серым вернёмся, сразу посыльного с письмом отправим. Скажем, так и так, гражданин Гин Юанон, почтенное лицо, известный торговец, дело не терпит отлагательств, приезжайте скорее… Рехт, сможешь же написать так, чтоб посерьёзнее было?
– Смогу! – рявкнул Рехт, вытянувшись в струнку и стукнувшись о притолоку кухонной двери – рост у стражника был немалый. Запустил пятерню в густую каштановую гриву, потёр ушибленное место. – Вернёмся – напишу! Нет, надиктую письмоводителю! Тому, шустрому! Два экземплярчика! Один в архив, другой – в руки гонцу! Отправим!
– Поскорее бы, господа стражники, – вздохнула Марчи и приобняла Криса за плечи. – Сами видите, у нас же ребёнок здесь. Восемь лет ему всего. Не нужно детям такое зрелище…
– Всё будет сделано макс-с-с-симально быстро! – Рехт, старательно подтверждая слово действием, рванул к входным дверям. За ним покатился взмокший от ответственности Эрке, прочувствовавший всю важность происходящего.
– Вот ведь, – покачал головой Гин, закрывая дверь за стражниками, – только и рады, что дело так быстро спихнулось. Не по их, мол, части…
– Крисик, Крисик, ты в порядке? – Марчи наклонилась к сыну, погладила по чёрным, как смоль, вихрам, зачем-то поправила тёмно-зелёную рубашку, которая была ему немного велика. – Крисик, всё хорошо будет. Ты не бойся…
Крис не боялся.

***
Марчи в глубокой задумчивости облокотилась на подоконник. Скучно много минут подряд созерцать забор противоположного дома с навалившейся на него разлапистой ветвью старой яблони – статичный, безмолвный, навевающий дремоту пейзаж. Зато из окна виднелся кусок улицы с деловито снующими туда-сюда прохожими. Некоторые из них подходили было к крыльцу, желая закупиться крупами или пряностями – и с разочарованным видом удалялись, разглядев пронзительно-жёлтую дощечку с надписью наискосок: «ЗАКРЫТО. УЧЁТ». Яркий и неуместно радостный цвет таблички эффектно контрастировал с каменными стенами серо-бежевого оттенка и тёмно-синими ставнями лавки, но ничего более подходящего Гин не нашёл. Объявление же было необходимо, чтобы избежать расспросов со стороны соседей и частых клиентов.
Засмотревшись на несостоявшихся покупателей, женщина не сразу среагировала на появление тех, кого, собственно, караулила последний час. Кристоф заметил их на несколько секунд раньше, но благоразумно промолчал, зная, что мама поднимет шум, как только…
– Приехали! Ах, приехали! Вон карета их! Гербовая! Ой, безлошадна-а-а-ая! – залепетала Марчи, всплеснув руками.
– Жена, не верещи, – донёсся с лестницы притворно-невозмутимый голос Гина, – магическая же, потому и безлошадная. Успокойся, слышишь? Солиднее будь. Платье оправь! А Кристоф пусть в спальню идёт. Сейчас, как господа постучат, я сразу дверь им и открою.
Крис, искоса взглянув на мать, встал в тени высокого шкафа с товаром, того, что подальше от входа, благо было из чего выбрать – стойки и полки рядами выстроились вдоль стен, оставив свободное пространство лишь в центре комнаты. Возможно, лучше спрятаться под скамью возле окна-прилавка? Нет, перебежать не получится – мама обязательно заметит и немедленно отошлёт наверх, в комнату. Но как можно сидеть в спальне, когда тут такое происходит? Интересно же! И совсем не страшно, что бы ни твердили родители.
В коридоре Гин легонько покряхтывал, застёгивая негнущимися, подрагивающими пальцами потёртый тёмно-красный сюртук для особенно торжественных случаев.
Служащий в форме Альянса, офицер, отстегнул ремни-крепления от пояса и коленей, лихо спрыгнул с козел и распахнул дверцу кареты. Марчи недоумённо захлопала глазами – на ступеньку шагнула маленькая, тонкая ножка в подогнанном точно по размеру чёрном кожаном сапожке с посеребрённой шнуровкой. Кованый мыс да серебристая отделка – подобную обувь носили лишь маги-комиссары Альянса. Больше женщина ничего разглядеть не успела – позвал муж. Пришлось спешно бежать к дверям, на ходу оправляя застиранную домашнюю юбку.
– Ты бы хоть переоделась! – рассердился Гин. – В простой одежде! Жена, нельзя же так перед важными гостями! Что о нас подумают…

***
Крис услышал, как открылась входная дверь. Что-то залопотал папа, мама негромко ахнула. Щелчок каблуков. Лёгкое покашливание. Скрип половиц. Шаги. Не одного человека – как минимум двоих, решил мальчик.
– Прибыл по приказу Верховного комиссара Юго-Западной области.
Крис удивлённо повернул голову, навострив уши. Голос, спокойный и чинный, казался слишком тонким для взрослого. Почти такой же высокий, как у Пирса с Льняной улицы, только более звонкий. Пирсу сейчас десять, закончил начальную школу этой весной. Странно. Что за пискля приехала? Может, женщина? Или правда ребёнок, ровесник Пирса, а то и младше?
– Комиссар-следователь третьего ранга Алтеро эрн Хейн Аурициэль. В настоящее время приписан к Следственному подразделению Альянса города Митхейна. Мне поручено провести расследование по делу о гибели господина Герберта Иона Мецера.
Нет, не женщина, понял Крис и зябко повёл плечами. Отчего-то сделалось немного не по себе. Почему же?.. Голос, точно! Будто машина говорит, а не человек. У дяди Бри с Ярмарочной площади есть шарманка, которая, если крутить ручку сбоку, выдаёт красивую, но неживую мелодию, из-за своей невыразительности звучащую однообразно и уныло. От этой монотонной музыки Кристофу всегда становилось неуютно. Сейчас при звуках незнакомого голоса у него возникло то же ощущение.
– Ефрейтор, Юргиз Нейтре.
– Ефрейтор, Джордж Миртс.
Ага, значит, пискля не один! Но расследование ведёт именно он, мужские взрослые голоса принадлежали помощникам, которые назвали свои имена только после главного. Ах, скорее бы родители провели их из прихожей в лавку…
– Что ж вы всё на пороге, дорогие гости! Как невежливо с нашей стороны! Марчи проводи их в… в… нашу отдельную комнату.
– В кухню или же… – Крис поёжился, вспоминая, какое у папы бывает выражение лица, когда подчинённые или члены семьи не понимают его с полуслова. – Ах, я поняла! Та самая комната! Прости меня, Гин, Гин, что-то я сама не своя…
Крис прижался к стене, надеясь, что его не заметят, и понимая, что не увидеть его невозможно.
Первой в лавку вошла мама. Раздвинула шторки на боковых окошках – в помещении стало светлее. У другого окна, напротив, захлопнула ставни – оно выходило на саму улицу, не во двор.
Вслед за ней в помещение скользнул – по-другому и не скажешь – мужчина… парень… молодой человек, во! Его тщательно расчёсанные тёмные волосы казались приклеенным париком, подкрученные тонкие усики, напоминавшие тараканьи, слегка трепетали, узкие тёмные глазки на худощавом желтоватом лице так и шныряли из стороны в сторону. Одет он был в форму Альянса – короткую чёрную куртку, под которой виднелась тёмно-серая рубашка, и чёрные же штаны. Мощные ботинки на серебристых заклёпках, но без кованого мыса – значит, из офицеров, но не следователь. Верно, писклю же сопровождают ефрейторы!
Следом за тараканоусым протиснулся добродушного вида толстяк при таком же наряде, с жиденькими светлыми волосами, пухлыми румяными щеками и добрыми голубыми глазами. Только знал Крис такую доброту – сосед, господин Мецер, тоже однажды взглянул так на Криса, когда застал за воровством помидоров со своего огородика. А потом, не переставая улыбаться, вытянул из штанов ремень и хорошенько отходил им по спине, от души, не пожалел. Следы давно зажили – с тех пор то ли два, то ли три года минуло. И вот теперь Крис жмётся в углу магазинчика своего отца, боясь, что его обнаружат и прогонят, а холодный господин Мецер неподвижно лежит в своей комнате. Так странно…
– Проходите, вашблагородие, – добродушно ухмыльнулся круглый, а Кристоф неожиданно проникся сочувствием к писклявому его благородию: бедняге, небось, тошно от такого колкого обращения, когда вроде не обзывают, а всё равно обидно. У Пирса папа обычно именно так со всеми разговаривает, поэтому с ним дружбы не водят и стараются лишний раз не общаться. На несколько секунд Крис даже забыл про любопытство, лишь в последний миг спохватился: вдруг всё-таки следователь – тётка?
Нет, мальчишка. Ростом чуть повыше Криса. Наверное, постарше на пару лет. Или вообще ровесник, просто растёт быстрее. Вытягивается, поправил себя Крис, потому что не приметить чрезвычайную худобу мальчика было невозможно. Эх, а мама Кристофу ещё выговаривала: «коленки петушиные, ручки – как у воробья лапки»… Вот пусть поглядит теперь на такое и поймёт, что не нужны её сыну все эти дополнительные порции, он и без того не тощий. Крис зато уже ведро воды от колодца донести может – сам. А этот, небось, пополам переломится, как тростинка, едва только ветер подует.
Как и сопровождающие, мальчик был одет в форму Следственного подразделения Альянса, но его облачение выглядело иначе – чёрная рубашка и штаны, заправленные в высокие кованые сапоги, плащ с серебристыми нашивками (вроде бы по ним различалось звание, но Крис не знал, как именно). Белые узкие перчатки с чёрной строчкой – у ефрейторов простые, из грубой кожи. Заметно отличалась и причёска – волосы странного серо-пепельного цвета собраны в короткий хвост. Но сильнее всего внимание Криса привлекли глаза пискли – сине-фиолетовые, как цветки фиалки, только ярче.
Паренёк моргнул, и Кристоф тряхнул головой, сгоняя странное оцепенение. Пригляделся повнимательнее – и вздрогнул. Пискля был безоружен – оружейный пояс просто-напросто отсутствовал. Зато из-под расстёгнутой манжеты выглядывала широкая ярко-жёлтая полоска. Неужели золото? Но оно же блокирует магию, это всем известно! Зачем магу золотые браслеты?
Крис перевёл взгляд на тараканистого юношу и круглого дядьку – нет, эти при клинках. (Интересно, может, они дадут подержать меч, если хорошенько попросить? Когда закончится расследование, конечно.) И оба без золотых браслетов, это видно сразу – у толстого манжеты наглухо застёгнуты, даже палец не просунешь, а у нервного подвёрнуты рукава плаща, на сухих запястьях нет ни одной побрякушки.
Последним в лавку вошёл папа и закрыл за собой дверь.
– Эм… – Гин замялся, не зная, с чего начать; побарабанил пальцами по дверному косяку, зачем-то дёрнул за пуговицу сюртука, поскрёб щетинистый подбородок. Мальчишка-следователь обернулся, остановив взгляд на лице папы Криса. Пару секунд всматривался, словно пытаясь рассмотреть некую мелкую деталь, и едва заметно кивнул. Не спросил – скорее, подтвердил:
– Ясно. Владелец этого дома.
– Ну… да… – пробормотал мужчина, явно испытывая неловкость. Крис впервые такое видел – чтобы его папа, и не знал, что сказать! – Точнее, один из… У нас с соседом нашим дом пополам… был… ну… он большой ведь, сами видели, дом-то…
– Понимаю. Продолжайте. Кто и когда обнаружил тело?
– Крисик… Кристоф, – Марчи шумно вздохнула, – сынок мой… Только вы его не допрашивайте, пожалуйста. Мал ещё. Я отправила его в комнату…
– Я здесь, – подал голос Крис, выходя из убежища, оказавшегося неожиданно надёжным.
Мама ахнула и всплеснула руками; папа непонимающе нахмурился. Тараканий ус подпрыгнул и резко развернулся на источник звука, даже за рукоять меча схватился. Толстяк выпучил глаза и разинул рот почти идеальной буквой «О», но быстро опомнился и захлопнул.
Странно, подумал Крис. Вроде и не прятался толком, так, рядом со шкафом встал. Что все так всполошились-то? Даже эти, из Альянса, будто не приметили его сразу же, как зашли в комнату. Один только хлюпик стоит спокойно… Он что, улыбнулся? Да нет, должно быть, показалось. Такие не улыбаются.
– Кристоф, что ты здесь делаешь? – рассерженный папа вернул дар речи быстрее остальных и шагнул было к сыну, но пискля вскинул руку, преградив ему путь:
– Дети в возрасте от шести лет могут быть допрошены в качестве свидетелей. Отказ не принимается. Насколько я вижу, ваш сын старше?
– Д-да, да, – пролепетала Марчи, испуганно прижав руки к груди, – он скоро в школу пойдёт, наверное, сразу в третий класс, как раз собирались отдавать, решили, хватит ему дома заниматься, вот и…
– Тело не перемещали?
– Нет-нет... Оставили, где было.
– Где?
– В комнате его. Второй этаж, налево, дверь в конце коридора, – мгновенно ответил Гин. Неожиданно резкий тон мальчишки из Альянса вынудил родителей Криса сменить темп разговора.
– В помещении ничего не трогали?
– Нет, ваше благоро…
– Никто, кроме вас троих, в комнату не заходил?
– Только человек из местной стражи, больше ни…
– Кто ещё здесь живёт?
– Мы, наш сосед… жил… и никого больше. Он холостяк был, иногда сестра его приезжала, но только в Граничные дни…
– Ясно. Джордж, займись сбором показаний соседей. Юргиз, на тебе хозяева дома. Я осмотрю место преступления, затем поговорю с молодым человеком. – хлюпик зашагал к выходу, на пороге обернулся, бросил через плечо: – Пойдёмте, Кристоф.
Крис оглянулся на папу. Тот явно собирался высказаться против последнего распоряжения, но шанса набраться мужества и озвучить свои мысли сын ему не оставил – выбежал из лавки вслед за писклёй и захлопнул дверь.

***
– … что ж такое получается, а? Мейстер, говорите? В вашем Альянсе? – папа не считал нужным сдерживать ни громкость, ни возмущение, ещё чуть-чуть – и заорёт во всю глотку. – Куда мир катится?!
– Успокойтесь, – ухмылялся тараканоусый Юргиз; Крису почему-то представилось, как ефрейтор потирает ладони, наслаждаясь негодованием собеседника. – Он у нас, так сказать, на испытательном сроке. Магические ограничители, четырёхвершинная печать-с… Оружия при нём нет. Мы с моим дорогим другом-с, да, с надёжным и многоопытным Джорджем прекрасно контролируем ситуацию. Не нужно волноваться-с, это вредит здоровью…
– А расследование!?
– Уж поверьте опыту нашего комиссара, – хихикнул Юргиз, – он хорошенько проэкзаменовал мальца. Мальчик перспективен. Весьма острый ум, отработанная наблюдательность, прекрасная интуиция. Опыта только маловато-с, понимаете ведь, возраст, возраст… Но опыт – дело наживное. Наш золотник быстро учится…
– Кхм, – донеслось сзади. Крис вскочил и обернулся, машинально ожидая взбучки за подслушивание. Сам виноват: его вообще-то на допрос вели а он из любопытства задержался на лестнице, забыв, что нужно торопиться на второй этаж! Как маленький, право слово! И хлюпик, кажется, устал ждать свидетеля. Ой-ой…
Оказалось, Кристоф напрасно бил тревогу. Пискля, присев на колени, изучал дверь в комнату соседа. Почти закрыл её, оставив совсем узкую щель, приоткрыл, снова закрыл, теперь уже до конца. Распахнул настежь. Провёл пальцем по нижней дверной петле, подёргал за ручку, зачем-то ткнулся острым носом в замочную скважину, выпрямился и подытожил:
– Дверь не вскрывалась. Ни отмычками, ни магией. Её просто не закрыли. Не успели закрыть.
– И как ты это понял? – хмыкнул Крис, за что заработал равнодушно-ледяной взгляд и снисходительное пояснение:
– Замок цел. Нет царапин от отмычек, следов веществ, использующихся при изготовлении копий ключей или слепков, признаков использования магических печатей и проявлений энергетики. Царапины и вмятины на петлях отсутствуют. Владелец комнаты закрывал дверь каждую ночь, верно? Его раздражал скрип, поэтому масла на механизмы не жалел. Масло нигде не размазано, ни капли не пролилось, стена, пол и дверной косяк не испачканы. Нет, убийца вошёл не через дверь.
– А он вообще заходил? – cамым нахальным тоном, на какой только был способен, поинтересовался Кристоф, которого холодная сосредоточенность хлюпика почему-то бесила всё сильнее.
– Такой магический всплеск невозможен в отсутствие непосредственного контакта. Линии магии тоже без него не появляются. Либо телепортация, либо подпространства, либо окно. Последние два варианта оставляют магический след, но здесь ещё нить и заклинание, придётся распутывать.
Ага, сообразил Крис. Вот и шанс вставить своё веское слово в расследование, чтобы очередной взгляд следователя стал… потеплее, что ли. И как бы невзначай заметил:
– Мецер всегда открывал окно на ночь.
– Зачем? – поинтересовался дотошный хлюпик.
– Говорил, что ему душно.
– А-а-а-а, – протянул пискля и, словно спохватившись, спросил: – Не врёшь?
– Зачем мне врать? – Крис почувствовал, что собеседник оживился. Похоже, паренёк старался выглядеть серьёзным в присутствии взрослых, но не при ровеснике. Здорово! Может, он куда интересней, чем показалось с первого взгляда?
– Мало ли. Похвастаться, например.
– Чего-о-о-о? – задохнулся от возмущения Крис. – Да не вру я! Будто мне это нужно! Правда! Зуб даю!
– Прямо зуб даёшь? – вдруг усмехнулся тощий. Кристоф вздрогнул – не ожидал такой разительной перемены. От личины прохладно-отстранённого юного следователя почти не осталось следа, перед ним стоял ровесник, задорный и ехидный. – Да у тебя они, небось, ещё молочные!
– Не-а! Вот постоянные, спереди четыре и клык сверху! – Крис раскрыл рот пошире и ткнул пальцем в не успевший вырасти до конца клык. Хлюпик хмыкнул, аккуратно потрогал зубы пальцем в перчатке и кивнул:
– Действительно.
– А у тебя все зубы уже выросли… ну… постоянные? – полюбопытствовал мальчик и тут же покраснел: нашёл что спросить! Но писклю, похоже, вопрос не особо смутил. Мельком глянув на лестницу, он тихо сказал:
– Все. Хочешь, покажу? Только не пугайся. Считать же умеешь?
– Считать? Конечно! Меня мама уже умножать научила! – похвастался Кристоф. – И чего тут бояться?
Хлюпик молча открыл рот, демонстрируя острые жемчужно-белые зубки. Крис оценивающе потыкал один из клыков подушечкой пальца, посчитал зубы, на всякий случай пересчитал и ойкнул – их действительно оказалось тридцать шесть.
– Всё-таки испугался, – констатировал пискля, закрыв¸ наконец, рот, и потёр щёку.
– Вот ещё! – вскинулся Крис. – Чего тут бояться? Говорю ж, зуб даю, что не вру! Неужели не услышал, эрн как-там-тебя…
– Алтеро. Но можно просто Аль, – неожиданно весёлым голосом закончил окончательно расслабившийся уже не незнакомец и сел прямо на пол, возле двери в комнату. – Только моим сопровождающим не говори, что я разрешил тебе так меня называть. Рассердятся.
– Уши надерут? – сочувственно предположил Крис, плюхнувшись рядом.
– И не только уши… Тебя зовут Кристоф, верно?
– Лучше Крис. Я тут живу вместе с мамой и папой. Мне восемь лет, позавчера исполнилось! А тебе сколько?
– Двенадцать.
– Серьёзно? – Кристоф поводил ладонью над своей головой и макушкой собеседника, сравнивая рост. Разница выходила небольшой. – А по тебе не скажешь…
– Ну уж извини, – фыркнул Аль, – я не по своей воле такой.
– Обиделся?
– Нет, – похоже, Алтеро действительно было всё равно.
– Слушай, – набрался решимости Крис, – а кто такой «мейстер»? Тебя так тот, с усами, назвал…
Аль заметно помрачнел, но ответ всё же последовал, хотя Кристоф уже не был уверен в своём желании услышать объяснение:
– Знаешь, кого зовут «мастерами»?
– Мастерами?.. Кажется, тех, кто использует какую-то свою магию, а не ту, которой во всяких магических школах обучают, да? Они вроде как по лесам и горам прячутся, поодиночке.
– Есть и такие. Есть те, кто пошёл в наёмники или практикует магию тайно. Но суть ты озвучил верно. Мастера, или ведающие, или кудесы – те, кто очень-очень хорошо изучил какую-то ветвь магии, которая сейчас не практикуется широко или вовсе неизвестна. Знания о ней передаются только устно, от учителя к ученику. Если ведающий умер, не успев никому передать секреты своего мастерства – значит, всё, этот вид магии утрачен. Мастера стараются держаться в стороне от всевозможных магических организаций, особенно от Альянса, всевидящего и всемогущего, чтоб его. Слишком много неприятностей от официальных магов. Эти ребята часто пытаются сунуть нос в наши дела, пытаясь выведать что-нибудь полезное для себя.
– Но ведь учиться, чтобы стать мастером, нужно долго, так? Сколько времени ушло у тебя?
– Три года. – ответил Аль и с плохо скрываемой гордостью добавил: – Я умный. Быстро всё запоминаю.
– Получается, «мейстер» – это…
– То же самое. «Мастер», только в терминологии Альянса.
– А-а-а… – сообразил Крис. – Тогда почему ты в Альянсе?
– Потому что не желаю становиться отшельником или идти в наёмники. Хочу, чтобы была крыша над головой, еда, много книг и ещё больше загадок, как сейчас…
– А как твой учитель на это среагировал? И родители? – жадно спросил Крис.
– Без понятия. Их уже нет, – буркнул Аль, поднимаясь на ноги и отряхивая плащ. – Ладно, пора бы и делом заняться, заболтался я что-то…
– Подожди! Последний вопрос! – Кристоф ухватился за полу плаща, Аль растерянно взглянул на собеседника, но остановился. – Зачем за тобой следят эти… ну… помощники?
– Потому что не знают, чего можно ожидать от мейстера, – улыбка Алтеро стала какой-то неестественной, вымученной, – и решили проследить, чтобы я ничего не натворил. Четырнадцать раскрытых преступлений – и меня примут на официальную должность, тогда слежку уберут. Это дело – последнее. Я, правда, кое-какую свободу для себя уже выторговал, много полезного об Альянсе узнал из разговоров этих двоих… помощников. Так что в делах официальных более-менее шарю. Иерархия, уставы, негласные правила и прочая лабуда мне известны.
– Здорово! Ты всё запомнил?
– Нет, часть записал, – усмехнулся Аль, доставая из кармана блокнот в чёрной кожаной обложке и огрызок карандаша.
– А не отнимут? – удивился Крис, разжав пальцы и тоже поднявшись на ноги.
– Не посмеют, – ухмылка паренька пугала, – я сказал, что это моя личная книга заклинаний, и действительно зарисовал в блокноте несколько схем. Магия, изучаемая и изученная мастером, считается запретной для любого, кто не является его учеником. Теперь, когда я под крылышком Альянса, даже кардинал не имеет права отобрать у меня этот блокнот. Только архимаг может, но вряд ли его интересуют такие мелочи. Про этот закон Альянса я узнал из беседы двух новичков-юристов, которые приехали к нам на позапрошлой неделе.
– Вау! – благоговейно выдохнул Крис.

***
После знакомства с Алем и недолгой, но познавательной беседы Кристоф заметно приободрился. Теперь ему не хотелось топтаться в коридоре, ожидая результатов осмотра места преступления. Поэтому осмелевший мальчик встал на пороге комнаты и прислонился плечом к косяку, наблюдая за юным мейстером.
Этот паренёк – никакая не машина-шарманка, рассуждал Кристоф. Просто прикидывается таким. Как Крис сегодня утром притворялся, что ему жутко смотреть на мёртвого господина Мецера, так и Аль притворялся равнодушным «винтиком системы», по одному из любимых выражений папы.
Труп действительно не выглядел, да и не мог быть страшным. Аль, видимо, это понимал, поэтому тоже не боялся. Вошёл в комнату как ни в чём не бывало, неспешно прошёлся вдоль стен с остатками посеревших обоев, осмотрел все предметы мебели, вплоть до маленькой скамеечки возле шкафа. Особенно внимательно изучил подоконник. Хмыкнул – скорее довольно, чем разочарованно. Провёл ладонью по плащу, то ли отряхивая руку, то ли пряча что-то в карман. Опустился на колени и пополз, чуть ли не тыкаясь носом в доски пола. Обследовав пространство вокруг господина Мецера, занялся самим господином. Здесь Крис уже не смог не поморщиться, но не из-за страха. Просто было немного неприятно смотреть, как маленький следователь оглядывает, ощупывает и, кажется, даже обнюхивает то, что вряд ли уже являлось Гербертом Мецером, торговцем приправами.
– Физических повреждений нет, – пробормотал Аль, – а вот астральные…
Упершись в мясистое плечо, мальчик попытался перевернуть тело на спину. Задача оказалась непростой – мешала значительная разница в весе.
– Помочь? – сочувственно спросил Крис.
– Не надо, – пропыхтел раскрасневшийся Аль, – я сам… справлюсь… Вот так!
Тело с неприятным полустуком-полушлепком перевалилось через бок и шмякнулось об пол. Крис вздрогнул – глаза господина Мецера были открыты. Потускневший, безжизненный взгляд вперился в потолок. На лице с синевато-бордовым пятном около носа отчётливо запечатлелось выражение крайнего удивления без какой-либо примеси страха.
– Убийца влез через окно, – констатировал Алтеро. – Убитый не подозревал, что его противник – маг. Смотрел в сторону двери, но обернулся на звук. Не успел понять, что происходит. Не ожидал агрессии. Думал, что к нему забрался обычный вор. Подивился наглости – и всё. Махнул рукой – кыш, мол, отсюда. В тот же миг – магический удар. Поэтому первый разряд попал именно в руку… Почему отмахнулся? Отсутствие угрозы? Похоже. Был уверен, что справится своими силами, увидев перед собой женщину, ребёнка или старика? Приметил знакомое лицо? Первый вариант наиболее вероятен, но смотреть нужно оба.
– Почему первый? – спросил Кристоф, не сумевший разобраться в череде обрывистых, рубленых фраз.
– Вероятность знакомства убитого с достаточно сильным магом мала. След энергополя и магии убийцы отсутствует в энергетике убитого, точнее, в том, что от неё осталось, следовательно, они либо не виделись вовсе, либо встречались очень редко. Важно и другое. Цель. Вещи нетронуты. Убийца сделал своё дело и сбежал через астрал, но нить потянулась за ним – значит, прыгнул недалеко, дальше шёл простым ходом. Способ убийства – отделение физического тела от астрального из-за серьёзного повреждения звена души. Работа хорошего обрядника: чувствуется опыт, новичку такой расчётливый и стремительный удар не нанести; ровная нить, большая часть которой ловко скрыта; быстрые и точные перемещения в астрале; средние физические умения – забраться по корявой яблоне на одну из верхних ветвей сможет почти любой; бесшумно проникнуть в комнату не удалось, убитый успел шагнуть к окну. С учётом обстановки комнаты и энергетических следов – вывод. Скорее всего, женщина тридцати лет или чуть старше. Худощавая, рост выше среднего. Обучалась магии при Альянсе, но после ушла в свои исследования. Следовательно, клан. Потомок клана магов-обрядников. Цель выяснена – обряд. Какой? Раз есть нить, нужно несколько жертв. Критерий выбора неизвестен. Предположения: местонахождение, физические данные, определённый возраст, имя, небесный покровитель или число. Так… я же должен был тебя допросить, Крис?
– Эм… да, – смутился Кристоф, застигнутый врасплох неожиданной сменой темы. – Но мне почти нечего рассказать. Я проснулся где-то в семь утра, потому что захотел пить. У меня в кувшине вода закончилась, я забыл вчера её налить, так что сам виноват… Спустился на первый этаж и увидел, что на кухне темно. Господин Мецер обычно вставал в пять утра и зажигал свечки на кухне. Когда уходил, не гасил их. Я удивился, что свечи не горят. Подумал, что господин, наверное, проспал и обязательно поблагодарит меня, если я его разбужу – он всегда очень злился, когда просыпал! Я пошёл в его комнату, а там дверь открыта, господин на полу валяется… – щёки предательски заалели, мальчику было очень стыдно за следующий эпизод, но врать юному следователю он не хотел. – Я испугался и… В общем, заорал. Подумал, что господину стало плохо, а я ведь не знаю, что тогда делать. Родители прибежали. Папа, как на порог шагнул, остановился и сказал – мёртв, ничем не помочь. Его сестра, моя тётя, лекарь, так что он знает, как мёртвого от живого отличить. А я как-то сразу перестал бояться. Не знаю, почему. Это плохо?
– И да, и нет, – пробормотал Аль, прислушиваясь. Дёрнулся к выходу из комнаты, остановился и едва заметно нахмурился. – Джордж вернулся. Сейчас пойдут сюда. Значит, так. Стой в коридоре. Я с тобой не разговаривал, только допросил, в комнату не пускал. Мне не разрешают общаться с посторонними без важной причины.
– Не разрешают? – удивился Крис. – А как же друзья?
– Нету… Ш-ш-ш! Идут! Джордж и…
Не договорив, Алтеро скользнул назад, к телу господина Мецера, и опустился на колени, словно продолжил осмотр. Кристоф встал чуть в стороне от входа, ближе к лестнице, небрежно прислонился к стене и скрестил руки на груди, всем своим видом показывая абсолютную незаинтересованность в происходящем.
Спустя несколько секунд на лестнице послышались шаги. Алтеро не ошибся – первым в коридоре появился Джордж, хмурый и сосредоточенный. За ним шли родители Кристофа. Юргиз замыкал процессию, ус его нервно подёргивался. Когда Гин и Марчи добрались до лестничного пролёта, тараканоусый ефрейтор обогнал их и плечом к плечу с напарником остановился на пороге комнаты Мецера.
– Ну? – коротко спросил Аль.
– Допросил-с, – Юргиз поправил перекрутившийся ус и бережно пригладил пальцем завиток, – ничего интересного.
– Следов мага в соседних домах нет, но есть свидетель, – мрачно произнёс Джордж. – Некая Лиз Твейл, тридцати девяти лет. Живёт в соседнем доме. Заперлась в своей комнате и не выходит оттуда весь день, отказываясь что-либо объяснять. Родственники утверждают, что она – человек нервный и очень боится магии в любом её проявлении.
– Фобия? – уточнил Аль, поднимаясь и отряхивая без того чистую одежду.
– Потерпевшая во время Фогтского налёта, – поморщился круглолицый ефрейтор.
Марчи охнула. Юргиз негромко присвистнул.
Крис слышал про ужасную бойню, которую около тридцати лет назад учинили выжившие анимаги и полукровки-Дану в небольшом городке Фогте, что где-то на юге. Оружие почти не использовалось, в ход шли магия Дану и способности перевёртышей. Мало кто из жителей уцелел, а помощь подоспела слишком поздно. Зачинщиков схватить не удалось, выжившие жители спешно разъехались по соседним городам. Кто бы мог подумать, что постоянно переживающая без повода и невероятно дотошная, но всё равно очень добрая госпожа Лиз – из числа фогтских беженцев… Сколько же лет ей было тогда? Около девяти? Его, Криса, ровесница! Может, чуть повзрослее, но не старше Алтеро.
– Я закончил осмотр тела. Время смерти – около часа ночи. Причина – отделение астрального тела, повреждение духовной оболочки вследствие разрушения звена души. Убийца проник в комнату через окно. Вероятнее всего, преступник – женщина тридцати-сорока лет, обучалась при Альянсе, потомственный маг-обрядник. Приметы – рост… примерно с Юргиза (у тараканоусого дёрнулся подбородок), худая, жилистая. Волосы, – Аль поднял зажатый в пальцах светлый волос, – светлые, где-то до лопаток.
Значит, вот что следователь нашёл на подоконнике и спрятал в карман, сообразил Крис.
– Способна быстро перемещаться в астрале, хорошо удерживает связующие нити при создании заклинаний. Вероятнее всего, готовит некий обряд. Детали проработала не очень тщательно, поэтому сейчас в основном импровизирует – великолепно импровизирует, надо сказать. Для начала следует допросить возможную свидетельницу, это уточнит наши дальнейшие действия. Юргиз пойдёт со мной. Джордж, запротоколируй предварительные сведения…
– Это ваша обязанность, – неприязненно буркнул Джордж.
– Нет возможности. Вероятно, прямо сейчас преступница собирается убить следующего человека, намеченного в жертвы для обряда. Допросом займусь я, так быстрее. Юргиз, фиксировать ответы предстоит тебе. Джордж, сначала протокол, затем убери тело. Хватит его тут держать.
– Есть, – проворчал Джордж и, даже не отдав честь, протиснулся на лестницу мимо Гина и Марчи. Его тяжёлые шаги в сосредоточенной тишине дома прозвучали неожиданно громко. Было слышно, как ефрейтор зашёл в лавку. Раздался шорох – видимо, мужчина искал письменные приборы.
– Жена, иди подсоби господину, – шикнул Гин. Марчи, кивнув, подобрала юбки и торопливо засеменила вниз.
– Вы допросили моего сына? – в голосе торговца чувствовалась неприязнь.
– Ваш сын ответил на все мои вопросы, – Аль повернул голову и едва заметно подмигнул мальчику, – и даже помог с поисками улик. Волос нашёл он.
У Криса перехватило дыхание. Алтеро тщательно осмотрел подоконник, а он, Кристоф, к окну даже не приближался! Зачем врать в такой ситуации?
– Вот как, – Гин одобрительно улыбнулся и похлопал сына по плечу. – Молодец, Кристоф! Следствию, значит, помогаешь?
– Кажется, ему интересно наблюдать за ходом расследования, – как бы невзначай заметил Аль, заправляя за ухо выбившуюся из хвоста прядь.
– К нам, знаете ли, не каждый день следователи Альянса приезжают. А сынок мой любознательный, к знаниям тянется, думать умеет, – на сей раз Кристофа потрепали по голове. Гин явно не понимал, к чему клонит хлюпик. Крис – тоже. Даже Юргиз непонимающе нахмурился. Марчи недоумённо хлопала глазами, переводя взгляд между юным следователем и своим мужем.
Аль слегка пожал плечами и добавил:
– Ясно. Что ж, полагаю, вы не будете против, если Кристоф пойдёт с нами на допрос свидетеля? Он не причинит никаких неудобств, а мне будет проще сопоставить факты. Я понимаю, вы волнуетесь за сына, – спешно добавил следователь, уловив нехорошую перемену в выражении лица мужчины, – но бояться нечего. Я просто задам Лиз Твейл несколько вопросов. Не более того.
Крис затаил дыхание, ожидая решения папы. Гин задумался, пожевал губами и в конце концов махнул рукой:
– Ладно уж. Пусть идёт. Но я пойду с ним! – поспешно добавил он, бросив недоверчивый взгляд на Юргиза.
– Хорошо, – кивнул Алтеро. – Как раз кстати. Покажете дорогу.

@темы: тексты, ориджинал, Альянс